На пике взращиваемой в душе мизантропии, становится легче дышать со сладостным привкусом ненависти, констатируя факт "Да, я ненавижу вас, ненавижу вас всех, суки, о Боже, как же я вас всех ненавижу". Сладко. Сочно. Холить и лелеять эту мысль и опускаться в сон с демонической улыбкой на лице. В сон, который неизменно принесет боль, боль прошлого, с привкусом крови во рту, так странно, будто тебе пустили долгожданные девять грамм пули в живот, а ты, смирившись, погибаешь и не против, что так оно происходит. Пускай. Но в живот врывается ледяная рука, вынимает гремучую смесь пороха и стали и заставляет жить далее, если это существование можно так именовать. И терзает мысль - а прошлое ли это или, может, прошлое ворвалось в будущее, души сольются? Черт бы побрал это все, уже прошло так много времени, но кто вина тому, что эта осень мучительно похожа точь-в-точь на ту, а былая боль угасла и долго не беспокоила, но заныла после такого реалистического и утопического сна, словно афишируя всему и вся тайные и забытые желания, мечты, что не сбылись, что не суждено этому воплотиться в жизнь? И эта чертова разлука, и вспышка тьмы (это явно не свет, здесь всё угасло, погружаясь в тьму, как тогда), и я вспоминаю как мы вдвоем тряслись от счастья в прямом смысле этой фразы, ибо такое бывает только раз в жизни и плата за это чересчур велика... Я не забыла, я помню каждую секунду, нам не нужно было пить - мы и так были пьяны от друг друга, мы давились друг другом, хотелось кричать, вопить, стонать, что угодно, а еще больше хотелось умереть от этого двухнедельного душевного экстаза, которым я упивалась жадно и за который расплачивалась невыносимой мукой почти год... И вот эта давно забытая рана заныла тупой болью, как ноет место былого перелома, если его задеть... Теперь вновь хочется кричать, орать, рычать, но от безысходности; мне его не получить вновь, хоть на день, на час, на минуту. И никогда мне не предстоит, как тогда, стать на бордюр и приподняться на носочки, дабы дотянуться до его лица, дабы поцеловать его и не отпускать, увидеть эти безжизненные и жестокие голубые глаза и вновь ощутить тот страх смешанный со страстью. И не выдержать мне муки, когда ты вновь невзначай узнаешь, как я там живу, что у меня нового, а я, невзначай и ради приличия, спрошу как ему там учиться в другом городе, как он там, когда мне хочется заорать"Помнишь ли ты меня?! ПОМНИШЬ ЛИ ТО, ЧТО МЫ ВЫТВОРЯЛИ?! ПОМНИШЬ ЭТУ УТОПИЮ НА ГРАНИ БЕЗУМИЯ, БЕЗ ПРИЛИЧИЙ И РАМОК?!!!! ЧТО БЫ БЫЛО, ЕСЛИ БЫ ТЫ ТОГДА ТАК ОПРОМЕТЧИВО НЕ ЗАБОЯЛСЯ БОЛЬШЕГО, ЧТО КАЗАЛОСЬ ТЕБЕ КЛЕТКОЙ?!"

@темы: тепер мы другие